Просмотр исходного текста страницы Товмас Ходжамалян. История Индии/Часть 2

ТОВМАС ХОДЖАМАЛЯН

=ИСТОРИЯ ИНДИИ=

Весть об убийстве Шираздовлы и обо всех этих событиях распространилась по всей Индии. Вскоре об этом узнали также в Авоте 156 . Правитель Авота Шуджадовла 157 , который был визирем индийского правителя и побратимом Шираздовлы, был сильно опечален и разгневан. Он подготовил многочисленную армию, во главе которой поставил командующего своими войсками Ахмад-кули-хана 158 . Последнего вместе с наследником трона Индии Алигухаром 159 , сыном Аламгира (спасшегося в Шаджанабаде от рук визиря Газди-хана), он отправил на войну в Бхар и Банкалу.

Войска Кули-хана и Алигухара осадили Патану 160 и начали сражаться против войск Джафарали-хана.

Услышав об осаде Патаны, англичане и Джафарали-хан подготовили свои войска и отправились на помощь защитникам крепости. Командующим войсками был назначен сын Джафарали-хана — Миран. Добравшись до Патаны, он напал на войска Шуджадовлы. Алигухар, убедившись, что взять крепость ему не удастся, оставил город Патану и со своим войском по лесным дорогам, уклоняясь от встреч с врагом, ушел в направлении Бирбуна 161 . Еще находясь на пути к Патане, Ахмад-Кули-хан получил приказ от Шуджадовлы оставить войска под командованием Алигухара, а самому срочно вернуться в Авот к визирю.

Между тем наследник трона добрался до Брибхуна и начал сражение за город. Джафарали-хан и англичане послали против Алигухара свои войска. В провинции Таджпур 162 , вблизи деревни Аламнгар 163 , произошла битва, которую Алигухар проиграл и бежал.

Но когда Джафарали-хан возвратился со своим войском из Аламнгара в Махузабат, сын Аламгира вернулся, чтобы продолжать войну. В 1759 году, когда сын Аламгира сражался под Патной, против него двинулся сын Джафарали-хана Миран. Доехав до Мункера 164 , в [149] провинции Сикалол 165 , на поле вблизи деревни Алты он расположил свой лагерь. В эту ночь Миран во время сна был внезапно поражен молнией, которая ударила из небольшой тучи. Все тело его было сожжено. Так, за убийство государя своего мечом господа бога безбожник был убит.

Увидев это, его воины, оставшиеся без командира, отправились в крепость в Патну и стали ждать наместника края Рамнара, который со своим войском также шел на войну против Алигухара. Когда войска Джафарали-хана шли на север, Аламгир бежал на юг. Когда же они спускались на юг, он бежал на север. Так месяца три войска Алигухара не давали покоя Джафарали-хану.

Джафарали-хан, хотя и имел пять сыновей, но малолетних и не было среди них такого, который мог бы после него управлять страной. А Джафарали-хан заболел проказой и даже еще при жизни не мог править. Поэтому англичане отдали правление двумя суба в руки его зятя Касумали-хана.

====* * *====

У Петроса-аги было два брата: Григор 166 , который впоследствии был назван Горгин-ханом, и Барсег-ага 167 . Братья вели торговые дела в городах Банкала. Григор жил в Махузабате и был другом Касумали-хана 168 . Однажды Касумали спросил его: «Может ли твой брат Петрос-ага ходатайствовать перед англичанами, чтобы я стал правителем? Тогда я отдам им область Бардуана 169 , которая по королевским грамотам (фирманам) должна платить мне подати в размере 52 тысяч лакх рупии. Отдам им также Исламабатский саркар (Чатигам) 170 , доход от которого равняется 25 тысячам рупий. Общая сумма вместе с податью составит более чем один крор рупий. Кроме всего этого, оплачу и расходы, которые потребуются для содержания английской знати». Горгин-хан ответил: «Добро, я сам с божьей помощью поеду в Калькутту молить брата моего, чтобы он выполнил желание твоего сердца».

Через несколько дней Горгин-хан поехал в Калькутту и все рассказал своему брату. [150]

После этого Петрос-ага пошел к губернатору Венцетеру 171 , рассказал ему об этом и объяснил, какую прибыль все это принесет. Предложение обрадовало англичан. Они ответили: «Согласны, если Касумали-хан сначала приедет к нам, даст клятву и тайно от Джафарали-хана составит с нами договор». Григор, возвратившись, рассказал все Касумали-хану. Через несколько дней Касумали-хан, получив у Джафарали-хана разрешение выехать из Махузабада якобы на прогулку, с большими подарками поехал в Калькутту. Петрос-ага исполнил его желание, о котором уже говорилось.

После заключения договора Касумали-хан назначил Петроса-ага своим доверенным.

Касумали-хан, получив некоторые приказы относительно англичан, находящихся в Махузабаде, вместе с Григором и другими вельможами вернулся в Махузабад. Прибыв в город, он не пошел к своему тестю. Знатные англичане приехали к Джафарали-хану и сказали: «Дальнейшее твое пребывание здесь невозможно. Приезжай и живи в Калькутте. Ты болен и наши искусные и умелые врачи вылечат тебя. Вместо тебя на престол сядет твой зять Касумали-хан».

Джафарали-хан очень расстроился, он был вынужден согласиться и поехать в Калькутту. Некоторые лица из высшего командования армии не хотели отпускать его. Тогда Касумали-хан тайно послал своих поверенных к офицерам Джафара и передал им: «Я вознагражу вас за услуги, а вы служите мне». После этого командование разрешило Джафарали-хану уехать в Калькутту.

20 июня 1760 года, в четверг, Касумали-хан взошел на престол и, собрав свое многочисленное войско, двинулся на помощь в суба Бхар, Алигухар же в это время стал уже правителем Индии и называл себя Шахалемом. Несмотря на это, Банкала и Бхар еще не чеканили его имени на своих монетах, как это полагалось.

Прибыв в столицу, Касумали-хан получил от правителя указ заключить мир с правителем Индии. Касумали-хан о признании его власти над двумя суба 172 . Григор также был принят королем с великими почестями и получил титул Мансаба 173 — пятитысячника, после чего его стали называть Горгин-ханом. И Петрос-ага удостоился высших почестей — звания «князя-рыцаря», что было [151] выгравировано на драгоценном перстне. Семь подносов, полных подарками, достойных его ранга, по обычаю индийских правителей, было послано ему в Калькутту, а также роскошная грамота, которая прославляла его имя. Затем Касумали-хан отдал приказ чеканить монеты с именем короля.

После этого Алигухар поехал в Шанджанабат, чтобы вступить на престол. Он доехал до страны Элбаз, но не рискнул двигаться вглубь, так как там шла страшная война 174 между маратхами и агванцами. Это был тот период, когда силы маратхов были восстановлены и войска, которых овладели множеством городов Индии. Главнокомандующего маратхов звали Баву 175 .

В сражении 176 , которое Ахмад-шах 177 из Кандахара 178 дал маратхам на Крнальском 179 поле, более ста тысяч маратхов было убито, сорок тысяч взято в плен, а остальные бежали с поля битвы и вернулись в Сатарагар 180 . Несмотря на то, что войско маратхов насчитывало 250 тысяч 181 , а войска Ахмат-шаха — всего 150 тысяч, всемогущий бог даровал победу ему.

====* * *====

Следует отметить, что в стране Дакан имелось множество государств маратхов 182 , столицей которых являлась Сатара, и окружающие ее другие районы были отдельными княжествами. Среди них выделялись два главных, имеющих многочисленные войска, княжества. Первый из князей — Нанаджи 183 , живший в Хандеше 184 , т. е. в Бурхампуре 183 . Ему были подвластны также часть княжеств Биджапур 186 и часть княжества Фтахпур 187 . В этих трех странах и жили маратхи.

Столица маратхов — город Бурхампур, называемый также Сатара. Но на расстоянии 30 косов от Сатары, на юге провинции Моте 188 , маратхи выстроили новый большой город и назвали его Пуна 189 ...

Второго князя звали Рагходжи Бхонсле. Ему принадлежало княжестно Нагпур 190 , которое граничило с Хайдарабатом, Аркатом и Банкалией. Маратхи не грабили и не шли войной друг против друга. Они, как [152] правило, объединялись, собирали войско, шли войной на чужие государства и требовали податей. И если им не платили 1/4 подати всей страны, они грабили непокорные города, предавали их огню и разрушали. Раньше они не представляли грозной силы, но после отхода индийских войск маратхи стали опасны. И сейчас они имеют многочисленное войско и живут в мире друг с другом, что дает им возможность еще больше укреплять свои позиции.

После победы Ахмад-шаха Авдали над маратхской армией, изгнанный везирем в Акпарабат 191 , Шах Алем рискнул приехать в Шахдаханабад. Авдали вынужден был войти в тюрьму, где находилось много арестованных из королевской семьи Он вывел оттуда сына короля Али Гоухара, которого звали Джалалуд-дин Джхалр 192 и возвел его на престол.

Имя Джандр-шаха не чеканилось на монетах, и так как он был еще несовершеннолетним, царством правил его дядя (брат матери), которому народ не хотел подчиняться. Тогда мать срочно уведомила своего мужа Али Гоухара, который находился у Шуджа-уд-доулы. Кроме этого, многие князья восстали и отказались платить подати. Али Гоухара признали королем, подчинились ему, и его имя чеканилось на монетах. Править страной помогал ему только наваб Шуджа-уд-доула, получивший титул визиря.

====* * *====

Теперь возвратимся снова к Касумали-хану. После заключения мира с Али Гоухаром, он объездил всю суба Бхар, подчинил все княжество, добираясь до восьмого саркара, называемого Фарухабат 193 или Монгхир.

Монгхир находится на реке Ганг, на расстоянии 40 косов от Патапы. Здесь поселился Касумали-хан и стал отсюда управлять своей страной. Еще в древности там была построена язычниками большая и неприступная крепость, внутри которой имелись дворцы. Здесь бил горячий минеральный источник, который, как говорили, вылечивает многие болезни, если пить его или мыться в нем. [153]

Все, что было раньше разрушено по приказу Касумали-хана, теперь заново восстановлено. Город ожил. Касумали-хан обосновался в Монгхире и больше в Муршидабат не вернулся. Все управление страной он отдал в руки Горгин-хана, который начал собирать многочисленную армию по европейскому образцу и назначил армян и людей других национальностей сотниками и тысячниками Он сам ухитрился изготовлять и отливать оружие, не уступающее европейскому. Его многочисленная армия состояла из конницы и пехоты. Последнюю он называл гарди. Армию свою Горгин-хан вооружил всем необходимым — мечами, пушками, винтовками, пистолетами и т. д.

Вот имена его командиров:

1. Смру 194 , по национальности немец, приехал из города Вены, в Кашмире служил у армянских купцов, оттуда он переехал к армянам в Патану, из Патаны — к Горгин-хану, который назначил его тысячником.

2. Маргар Ованнес Калантарян из Новой Джуги. 195

3. Арутюн Маргар из Новой Джуги.

4. Григор Нагапет Айвазян из Чарсу 196 .

5. Петрос Аствацатрян из деревни Енасу, района Ахдзник в Армении.

6. Казар Акопян из села Хора, Марахскои области, Атрпатакана.

7. Мартирос Григорян из области Мараха.

8. Сукиас Аветисян из Тавриза,страны Атрпатакан.

9. Ованес Назаретян из Даврежа. Со своим полком он всегда находился наготове у Горгин-хана.

Горгин-хан разослал этих тысячников по всей стране.

Тысячника Айвазяна Григора с войском он послал на север против врагов. Тот обосновался в саркаре у города Баксар 197 , в области Ротос 198 , правил всеми районами той области и начал собирать подати. Там он совершил множество славных дел для этой страны, потому что крепость Ротос находилась в непроходимой лесной местности и никакая армия не могла подчинить ее себе. Но тысячник этот подчинил, послав против крепости под командованием Акопа Григоряна 400 солдат с двумя пушками, которые дали сражение радже Дубрасинку 199 , имевшему 20 тысяч солдат. В этом сражении победил [154] Акоп Григорян и подчинил раджу себе, заключил с ним договор и стал взимать с него подати 200 .

Второго тысячника Арутюна Маркаряна с полком направил на юг охранять страну от британских войск. Маркарян обосновался в городе Муратапате 201 и всегда был начеку.

Тысячников Маркара Ованесяна и Казара Акопяна со своими полками отправил на запад для покорения западных лесных и горных провинций, которые давно восстали и не покорялись, пользуясь труднодоступностью этих районов. Но тысячники, храбро сражаясь против Рамгара, правителя Чота Нагпура 202 , и против окрестных владений, подчинили их себе, оставив там своего управляющего и собрав подати, они возвратились в Мункер.

Тысячника Ованеса Назаретяна он отправил на восток по горным и лесистым дорогам в сторону Малого Тибета, называемого также Непалом. Это княжество также никто не мог раньше подчинить из-за отсутствия дорог. Тысячник прошел со своим полком большую часть княжества. До города Непала осталось 30 косов. Но отсюда он больше не смог продвинуться вперед, так как местность была слишком труднопроходимой: нельзя было продвигать орудия и маневрировать войсками. Путь преграждала большая скалистая гора, на которой стояли три крепости. Из-за крутизны подняться было невозможно. Поэтому индусы вынуждены были сражаться против крепостей с подножья гор. Из армии тысячника 600 солдат погибло Он ничего сделать не смог. Когда об этой неудаче узнал главнокомандующий Горгин-хан, он страшно разгневался и срочно отозвал назад войска Назаретяна.

Затем, взяв многочисленные войска, сам отправился руководить сражением против Тибета. Прибыв туда, он убедился, что овладеть городом Непал действительно невозможно. Там не было дорог и удобных мест для сражения. Войска его начали испытывать затруднения, так как не хватало ни еды, ни питья, и потому ни с чем они вернулись в Монгхир. Расстояние между Монгхиром и Непалом — 120 косов.

Армянская нация обогащалась, крепла и сделала много для блага Банкалии за эти три года. Никто из [155] злобных врагов не осмеливался поднять на Банкалию голову. Достаточно было услышать только имя армянин, тысячи и тысячи врагов безоговорочно подчинялись им.

Англичане, видя храбрость, учтивость и благоразумие армян, весьма удивлялись и завидовали им. Ради процветания Банкалии Горгин-хан и Касумали-хан отдали приказ об отмене пошлины на торговлю, ведущуюся в стране по морскому пути («примт») и сухопутной дорогой («угур»). Они говорили: «Те из европейских купцов, которые желают пользоваться этими дорогами, могут приходить в наши города и торговать без всякой пошлины. Пусть процветает и наполняется добром наша страна».

Французские, голландские, португальские, датские и другие купцы развернули большую торговлю в

Банкалии. Но через некоторое время завистливые англичане пришли к Касумали-хану и сказали: «Почему ты выпускаешь из рук своих столько прибыли?» Он ответил им: «Так я поступаю ради благополучия и процветания моей страны и не могу отступать от установленного мною закона, тем более, что в нашем союзном договоре сказано: «Страной моей управлять буду по своему усмотрению». Так вот, страна принадлежит мне, и я сам ею управляю по-своему. Кроме того, в договоре сказано, что сколько бы товаров англичане не привозили в мою страну, они обязаны платить пошлину, но Компания отказывается платить. Вы же берете пошлину не только за чужие, но даже и за наши товары. Видя это, другие купцы, чтобы не нести ущерба, не приезжают в мою страну. Вот почему я отменил всякие пошлины. Пусть все приезжают в мою страну и торгуют свободно, чтобы страна богатела. Раз вы хотите, чтобы я брал пошлину, будьте верны своему договору и платите пошлину как принято законом».

Это заявление Касумали-хана англичанам не понравилось. Обо всем они написали в Калькутту. После состоявшегося совета управляющий Калькутты мистер Венцентер вместе с ага Петросом и с некоторыми знатными людьми поехал в Мункер. Касумали-хан с большим почетом и вежливостью принял их, устроил большой [156] пир, наделил их бесчисленным множеством подарков и возобновил прежний нерушимый союз.

Англичане воочию увидели умное правление страною и храбрость армии, их поразило укрепление мощи страны, которая за такой короткий период сильно развилась. Англичане открыто восхищались этим, хотя на самом деле болезненно завидовали. Оставшись в Мункере 28 дней, делегация возвратилась в Калькутту.

Английские купцы, узнав о возобновлении договора, одобрили переговоры мистера Венцентера. Они единогласно заявили: «Мы завоевали эту страну, поэтому за наши товары никакой пошлины не заплатим. А если Касумали-хан не согласится на это, то надо начать войну против него». Тогда совет выбрал консула — умного старика англичанина мистера Эминета и отправил его в Мункер к Касумали-хану, чтобы передать следующее: «Договор, который составил мистер Венцентер, для нас неприемлем и если хочешь быть нашим другом, прикажи отменить пошлину на наши товары».

Приехав в Мункер, мистер Эминет 203 стал настойчиво уговаривать Касумали-хана изменить прежний договор. Но Касумали-хан был неумолим и ответил: «Это уже второй договор, который вы заключаете со мной, но не выполняете. Я сам отменил все пошлины, а вы противитесь. Но, что ж, если не хотите платить пошлину, тогда будьте добры не брать ее с других. Выбирайте из этих условий то, которое вам больше нравится».

Ежедневно Эминет писал в Калькутту и извещал англичан о ходе переговоров. Наконец, убедившись, что согласия добиться невозможно, он вынужден был вернуться в Калькутту, обещая Касумали-хану, что постарается помирить его с Компанией. Пока он был еще в пути — между Мункером и Махузабатом — в Калькутте англичанам уже стало известно, что их посол возвращается, не сумев выполнить своей миссии. Тогда они тайно написали в Бхар к своим соотечественникам, которые находились там и управляли этой страной: «По получении письма вашим войскам необходимо внезапно напасть на крепость Патану и овладеть ею». В Патане под командованием мистера Эпча 204 находилась английская армия из 4000 сипайских и более 600 английских солдат 205 . [157] Крепость находилась недалеко от места, где расположились англичане, и принадлежала Касумали-хану. Письмо англичанами было написано и послано во многих экземплярах с той целью, что если один из них по дороге будет перехвачен, то другие дойдут до цели. Посол Эминет был еще на пути в Калькутту, когда патрули войск Горгин-хана, расставленные на дорогах, обыскивали прохожих. Они обнаружили письмо, но не смогли понять его содержание, так как оно было написано тайнописью, как это принято во время войны. Захваченное письмо послали Горгину. После расшифровки тот послал одного гонца в Махузабат к градоначальнику Махмат-хану с приказом вести наблюдение за дорогой и арестовать Эминета, не дав ему проехать в Калькутту.

За несколько дней до этого, по приказу наваба, Арутюн Маргар арестовал Джксета и его брата и хотел привезти их в Мункер, чтобы поселить их там, чтобы они не смогли присоединиться к англичанам. Джксет обладал богатством и могуществом, пользуясь которыми даже мог сменить правителей. Алаверди-хану с помощью денег удалось убить Шафраз-хана и овладеть его страной. Как говорилось выше, по его совету был убит и Шираздовла. Большое богатство позволило Джксету всюду держать торговые дома и разменные пункты. От правителей Индии он получил имя Джксет, которое на персидском языке звучит как Амир молк-ул-туджур. В Индии было много таких купцов-разменщиков денег (сарафов), но никто не мог сравняться с Джксетом богатством и знаменитостью. Говорили, что только деньгами он имел 15 или 25 крор рупий, не считая драгоценных камней. Он всегда имел наготове войска, число которых доходило до 4000. Поэтому англичане его очень ценили.

Когда англичане узнали, что он арестован и его везут в Мункер, срочно написали в Касумбазар письмо к своим, чтобы они вырвали Джксета из рук Касумали-хана. Однако, несмотря на все старания англичан, их замысел не удался, потому что храбрые армяне сражались с большим мужеством и не выпустили пленника. Благополучно привезли его в Мункер, где отпустили на волю, запретив выезжать из города. [158]

Когда Джксета привезли в Мункер, Эминет еще находился там и вел переговоры с Касумали-ханом об отмене пошлины на английские товары. Посол попросил Касумали-хана отпустить Джксета обратно в Махузабат. Касумали-хан ответил ему: « Я привез его сюда для того, чтобы он способствовал процветанию и развитию торговли и ростовщичества в моей стране. Ни Джксета, ни его богатства не собираюсь держать под замком».

Когда посол Эминет возвращался из Мункера в Касумбазар и хотел заехать в Махузабат к англичанам, солдаты Сеит Махмат-хана арестовали его. Посол Эминет не хотел подчиниться солдатам и приказал своим слугам, которые находились в его лодке, не теряя времени перевезти его и спутников вниз по течению реки. Увидев, что Эминет и его люди не хотят подчиниться приказу и причалить к берегу, солдаты, боясь упустить посла, начали стрелять по лодке из винтовок, чтобы испугать англичан. Случайно одна пуля попала Эминету в грудь и убила его.

Англичане, услышав о случившемся и получив приказ из Калькутты, в течение одной ночи подошли со своими войсками к Патане со стороны восточных ворот и начали сражение с гарнизоном градоначальника Патаны Мендикули-ханом 206 . Атака англичан продолжалась три часа. Взломав крепостные ворота, англичане ворвались и заняли крепость. Десятитысячная армия Мендикули-хана пустилась в бегство.

Захватив письма англичан, Горгин-хан отправил своих тысячников Маргара и Казара с 10 тысячами конников на защиту Патаны, приказав им: «Если англичане нападут на вас, начинайте сражение, а если нет — сидите там с миром». Два тысячника со своими войсками двинулись в Патану. Они были еще в пути, примерно в 60 косах от города, когда узнали, что англичане уже заняли крепость. Тогда тысячник Маргар отдал приказ своим войскам ускорить рейд и в тот же день добраться до Патаны. Англичане, заметив приближающуюся армию противника, заняли позиции у восточного входа в крепость и начали сражение. Но войска храбрых армян ворвались в город. (Город Патана занимает большую площадь — более 20 косов. Он окружен крепостными стенами с многочисленными башнями и пушками). Здесь [159] войска храброго Маргара уничтожили 370 английских и 1000 сипайских солдат. Остальные вынуждены были бежать обратно и занять позиции в крепости, находящейся на северо-западе от Патаны.

Итак, войска армянских тысячников снова овладели городом Патаной. После боя они собрали трупы убитых и похоронили на кладбище, а человек 50 раненых передали врачам на лечение. Затем они двинулись на английскую крепость. В ту ночь к ним вернулся Мендикули-хан. Тысячник Маргар приказал хану не подходить к лагерю, а вернуться в свой город и охранять его. А сам в течение двух дней сражался против англичан. На третью ночь тысячник Маргар со своим полком приблизился к находящимся вблизи крепости английским поселениям и окружил их. Там было несколько английских купцов. Предав огню эти места, Маргар приказал войскам двинуться на крепость. Добравшись до восточных ворот, войска начали разрушать их. Англичане, струсив, открыли ворота, выходившие к реке. Перебравшись через реку на другой берег, они бросили свои лодки и направились на север к государству Шуджадовлы, находящемуся от Патаны на расстоянии 45 косов.

Тогда тысячник Маргар занял крепость, забрал все находящееся там богатство и всю утварь, принадлежавшую купцам и знатным англичанам.

Касумали-хан, узнав о храбрости и победе армян, отправил тысячнику Маргару в вознаграждение слона с многочисленными подарками. Более того, он присвоил титул и имя Шамшсфар-хана 206а , что давало ему право на владение княжеством. Все трофеи, взятые в английской крепости, Маргар раздал своим войскам.

Получив от Касумали-хана приказ преследовать уходящие английские войска, тысячник Маргар послал в Хаджипур 207 радже Нидраму Чодре 208 , имевшему 20-тысячную армию, приказ преградить путь отступающим. Раджа вышел против англичан, но в течение 4 дней не мог добиться успеха, так как англичане отступали с боем.

Когда об этом стало известно тысячнику Григорию Айвазяну, находившемуся в Баксаре, он срочно послал своих сотников с 400 индийских солдат и двумя пушками [160] на тот берег Ганга на помощь Нидраму Чодре. Из армянских сотников там были: Мкртич Захарян из Н. Джуги, из квартала Чарсу, Мелкум из Аштархана 209 , Никохайос из ереванского квартала Н. Джуги и Сукиас из Н. Джуги. Каждый из них со своими солдатами, переправившись на тот берег реки, стал преследовать англичан. Через два дня они нагнали их и на рассвете напали. После 4-часовой битвы англичане, побросав оружие сдались.

Сотники отпустили домой всех сипайских солдат и, взяв в плен 160 английских солдат и нескольких знатных людей, повезли их в Баксар к своему тысячнику. Он принял их с уважением, накормил, выдал каждому из них соответствующую одежду и отправил к Горгин-хану, а тот всех их посадил в тюрьму.

После того как город был отнят у англичан, Касумали-хан отдал приказ по всему государству: «Где бы в моем государстве не нашли англичанина, приказываю арестовать его и вместе с его имуществом привезти ко мне...» Англичане остались только в Калькутте, в Бадванской и Чатигамских областях, так как в этих местах не было войск Касумали-хана: местностями этими управляли англичане и сами собирали подати, согласно договору.

Англичане в Калькутте, узнав, что их посол убит, войска, находящиеся в районе Патаны, разбиты армянами и часть солдат убита, а часть находится в плену, посоветовавшись, отправили Горгин-хану послание, в котором предлагали ему присоединиться к ним, арестовать Касумали-хана, обещая за это все, что он только захочет. На это Горгин-хан ответил: «Боже меня упаси участвовать в таком грязном деле. Я не могу быть таким неблагодарным и не хочу называться Иудой. Несвойственно армянскому народу участвовать в таком гнусном, злом, бессовестном деле. Армянский народ служит с открытым сердцем и верно до самой смерти и не замышляет зла против своих хозяев, так же как мой брат ага Петрос верно и с чистым сердцем служит у вас. Подобно ему и я буду служить здесь до своей смерти».

После такого ответа англичане вынуждены были восстановить Джафарали-хана на престол Банкалии. [161] Они собрали войска общей численностью в 2000 английских и 4000 индийских солдат. Все военные приготовления они поручили главнокомандующему своими войсками Меджеру Адаму 210 и направили на Касумали-хана.

Меджер Адам выехал из Калькутты и вступил в область Катуа 211 . Против него из Махузабата вышли со своими войсками Сеид Махамат-хан. Началось сражение. Пока они сражались, подоспел градоначальник Бирбуна 212 Махамат Таги-хан с 20-тысячным войском. Вступив в бой, он отобрал у англичан всю артиллерию и обратил английскую армию в бегство. Махамат-хан со своей конницей преследовал бежавшего врага до тех пор, пока дорогу конницы преградило большое болото. Как он ни старался выбраться оттуда, это ему не удавалось, болото еще глубже засасывало. Только 300 конников сумели выбраться и продолжать преследование английской армии. Один из тысячников англичан, заметив, что Махамат Таги-хан остался с немногочисленным войском, стал воодушевлять своих солдат, тогда они повернули на врага и в битве убили Махамат Таги-хана и нескольких его солдат. Увидев это, остальные бежали. Англичане вернулись и захватили вновь свою артиллерию.

Потом они двинулись на Сеид Махмат-хана, начали против него сражение и заставили его также обратиться в бегство. Сеид Махамат-хан срочно попросил помощи у Касумали-хана. Помощь, однако, задержалась, и английские войска заняли Махузабат.

Касумали-хан и Горгин-хан узнав, что англичане идут на них с хорошо подготовленной армией, стали отовсюду собирать войска, написали тысячнику Маргару и Казару и те поспешили со своими воинами. Только тысячник Григор остался для защиты северных границ от англичан, чтобы те вдруг не вызвали на помощь войска союзников.

Но правитель Касумали-хан, к несчастью, и сам не пошел на войну, и Горгин-хану не разрешили идти. К тому же Горгин-хан обидел своих тысячников: не назначил ни одного из них главнокомандующим в этой войне, не пригласил их на совещание, как подобает князю, а с презрением отнесся к ним, не поверив в их храбрость. [162] Он доверился трусливому и невежественному Смуру, которого и назначил главнокомандующим, и приказал тысячникам-армянам подчиняться ему. Тысячникам нашим, хорошо знакомым с малодушием Смура, не по душе был приказ Горгин-хана, но они ничего не сказали, и недовольные пошли против англичан. Численность всех войск, которыми они командовали, составляла 6000 человек гвардии, 25 орудий, 10 000 пехоты и 15 000 конницы. Всего 31 000 солдат.

Выйдя из Мункера, они подошли к устью реки Баграти на поле Сонти, откуда вытекает Ганг. Это место находится на расстоянии 18 косов от Муршидабата. Тогда же со своим войском прибыл Махамат-хан и присоединился к ним.

Когда англичане узнали, что войска Касумали-хана прибыли и подходят к Раджмахалу, то быстро сосредоточили свои войска, вышли из Махузабата и, продвигаясь навстречу, остановились против индийских войск на расстоянии 2 кос. Поле, на котором войска противников разбили лагеря, было очень большим и ровным, перерезанным глубоким и многоводным оврагом. После дождя овраг наполнился водой, которая стекала в Ганг. С севера от этого оврага расположилась армия

Касумали-хана, а за оврагом, на юге находилась армия англичан. Обе стороны видели друг друга. Сеид Махамат-хан построил деревянный мост через овраг для переправы войск.

По приказу главнокомандующего Смура индийские войска расположились треугольником на расстоянии полкоса от моста. Он распределил войска следующим образом: с восточной стороны оврага стояли войска тысячника Арутюна с четырьмя пушками, немного дальше, на юго-западе войска тысячника Маргара с 8 пушками; на юго-востоке войска Казара с 4 пушками. Сам Смур взял 9 пушек, оставил лагерь индийской армии и расположился против вражеской армии на расстоянии полкоса.

Три дня подряд англичане изучали позиции индийской армии и расположение ее руководителей. На четвертый день, перейдя мост, атаковали полк Казара, сражение началось, оно длилось всего час. Храбрый Маргар [163] свои войска срочно перебросил на помощь Казару. Англичане, по опыту знающие о храбрости армян, отступили и направили свои войска против главнокомандующего Смура. Когда англичане уже были близки к пушкам Смура и вот-вот должны были их захватить, тысячник Маргар хотел помочь ему. Но тут вмешался тысячник Арутюн, говоря: «Зачем спешить, останься на месте как тебе приказано, потерпи немного, проверим храбрость Смура — ведь его как самого храброго среди нас выбрали командующим над нами».

Английские войска, воспользовавшись этой беспечностью, усилили свои атаки. Смур, который имел при себе пушки, был обстрелян (на лагерь упало 17 снарядов). Оставив войска, верхом на коне он покинул поле битвы. Войско тоже пустилось в бегство. И хотя сотники-армяне пытались воодушевить войска своего командующего, им это не удалось. Тогда англичане направили свою конницу на оставленные позиции противника и, забрав все пушки и боеприпасы, обратили свои силы против войск тысячника Маргара.

Тысячник Арутюн узнал, что англичане овладели всей артиллерией Смура и направили свой удар против тысячника Маргара.

Но храбрый тысячник Казар со своими полками присоединился к тысячнику Маргару. Объединенными силами они приняли бой. Тяжелая битва против англичан продолжалась часов шесть. Индийские войска заставили англичан пуститься в бегство. Моста через овраг не было, и многие из англичан и сипаев погибли, свалившись в овраг. Поле битвы было окутано пороховым дымом и нельзя было разглядеть, как действуют армии обеих сторон. После бегства английских войск наши тысячники направились к бежавшим войскам Смура. Заметив вдалеке приближающиеся войска, которые несли флаг командующего Смура, они решили, что возвращается бежавший Смур. Им даже и в голову не пришло, что это могут быть английские войска. Когда те были уже совсем близко, поняли, что ошиблись и вынуждены были принять бой. В этом бою из войск Маргара и Казара погибло более 800 человек. Положение было безвыходное, потому что неоткуда было ожидать помощи. Несмотря на это, обе стороны сражались ожесточенно. [164]

И все-таки тысячник Маргар был вынужден отдать приказ оставшимся в живых солдатам спасать свою жизнь, и они стали отступать. Придя в Раджмахал, что находится на расстоянии 20 косов от Сонта, они встретили там своего беглого командующего. Индусы собрали разбежавшиеся войска и подготовились к новому бою, выбрав позиции восточнее Раджмахала на полтора коса. На юге здесь возвышалась большая гора, а с северной стороны протекала река Ганг шириной 6 миль. За горою простирались Бирбумские леса, расположенные на холмистой местности, с очень густыми непроходимыми зарослями. Между рекой и зарослями находился овраг, наполненный водой, который назывался Удхунала 213 . Это место они избрали для войск позиции и построили укрепление, они привезли из Мункер 100 пушек и установили их на укреплениях.

Тысячник Смур расположил свою армию вблизи Ганга. Командование правым крылом армии он поручил тысячнику Арутюну, а левое — тысячнику Казару. Туда поспешила шеститысячная армия Сеида Махамат-хана под командованием Наджиб-хана, состоявшая из джарских конников. Смур разместил их на другой стороне горы. Эту позицию он укрепил также 9 пушками. На противоположном берегу реки с южной стороны не было дорог. Там рос густой непроходимый лес, среди которого были болота, заросшие травой.

Севернее города Раджмахала на берегу Ганга возвышается большая гора, называемая Телиайгр, мимо которой проходят все корабли. Единственный путь по реке проходит здесь.

Великая река Ганг шириной доходит до шести и более косов — так что 20-фунтовый снаряд с трудом перелетает на другой берег, более узкого места, чем это не имеет. Здесь — единственное удобное место для переправы с одного берега на другой. Именно здесь они и установили свои пушки. Тысячник Петрос со своим полком прибыл сюда из Мункера, чтобы не дать возможности английским войскам перебраться с боеприпасами через реку на своих лодках, которых было очень много.

Англичане после битвы при Сонти остались там, чтобы привести войска в порядок, дать им отдохнуть и [165] вылечить раненых. После 15-дневного отдыха они двинулись на север и, добравшись до позиции войск Касумали-хана, разбили лагерь на расстоянии одного коса от них. Через 4 дня завязался бой, продолжавшийся 34 дня, в котором никто не одержал победы. Однажды во время одного из сражений тысячник Маргар со своим полком напал на англичан и бился до тех пор, пока не кончились боеприпасы. Тогда он отправил гонца к Смуру, прося боеприпасы. Но тот из зависти не послал ему их. Тысячник Маргар, огорченный и раздосадованный, вынул из ножен меч и сломал его.

Этот отважный тысячник во время битвы при Патане взял в плен много солдат из английской армии и заключил их в Мункерскую тюрьму. Среди пленников было 40 немцев и французов. Смур сказал Горгин-хану, что он их знает, что они его друзья, и попросил освободить их и назначить пушкарями, несмотря на то, что другие тысячники неоднократно противились этому, считая, что они изменят и перебегут к англичанам. Но Горгин-хан не послушал их и поступил, как просил Смур. Но вскоре сбежали и перешли на сторону англичан 34 человека, а за ними и остальные шестеро. Они осведомили англичан о расположении войск Касумали-хана. Всех перешедших на их сторону англичане наградили и оставили при себе. Спустя 42 дня после этих событий английские войска приблизились к укреплениям войск Касумали-хана. Сперва они отправили лишь один полк, чтобы незаметно подойти к большой горе. Увидев их, патрули индийской армии спросили: «Кто вы такие и откуда идете?» Они ответили: «Мы — часть охраны войск Маргара, ходили на разведку в тыл английской армии, а теперь возвращаемся назад».

Патрули, ничего не знавшие о разведке в тылу англичан и, не подозревая обмана, пропустили их. Так англичане проникли в лагерь индийской армии.

Когда арьергард войска Маргара заметил, что английские войска с оружием проникли в их лагерь, то срочно дал знать своему тысячнику. Он тут же поднял тревогу и приказал трубить в трубы и бить в барабаны, призывая к бою. Шеститысячные войска [166] индийцев-джхарийцев, проснувшись и не разобравшись в обстановке, начали стрелять по войскам Маргара.

Туда сразу поспешили и войска англичан, которые из орудий начали стрелять по армии джхарийцев. Многие из них погибли, остальные, не надеясь на помощь, бежали. Захватив пушки джхарийцев, англичане повернули их на полки Маргара.

А главнокомандующий Смур, увидев, что его воины обратились в бегство и англичане захватили все огнестрельное оружие, находящееся по ту сторону горы, сильно струсил и так как время было ночное, то подумал, что наверно английские войска многочисленны; со страха оставил свой флаг и удрал со всем своим войском.

Когда Маргар увидел, что остался один и, что на него с трех сторон нападают и войска разбегаются, он был вынужден отступить.

Индийские войска вернулись в Мункер. Горгин-хан не стал утешать тысячников-армян, не ободрял их, а, наоборот, разгневался на них и лишил почестей. Он поверил Смуру, который оклеветал их, сказав, что они не выполнили его указаний.

После этих событий Касумали-хан, посоветовавшись с Горгин-ханом, решил поехать в непобедимую крепость Ротос, собрать там войска из маратхов и других народностей и снова выступить против англичан.

Оставив в Мункере для защиты крепости тысячников Петроса и Казара со своими полками, Касумали-хан и Горгин-хан, взяв все драгоценности и казну, двинулись с войсками по направлению к Патане. На четвертый день они доехали до деревни Телипур и там, в 26 косах от Мункера, разбили лагерь.

Горгин-хан с немногочисленным войском находился на полкоса южнее лагеря Касумали-хана, т. к. большую часть своей армии он отдал в распоряжение главнокомандующего Смура, находящегося в арьергарде к северу от войск Касумали-хана на 3 коса.

Мне теперь неловко писать о неосторожности и невежественности наших главнокомандующих и тысячников. В это смутное время Горгин-хан не почтил свою храбрую нацию и не отдал ей должного, не увещевал быть бесстрашными воинами, как подобает [167] благоразумному и учтивому князю, а, наоборот, кричал на своих воинов, обвинял их в том, что из-за них потеряна страна и, что они осрамили его на весь мир, не желая подчиниться приказам главнокомандующего Смура. И тысячники наши из-за своего завистливого характера потеряли всякую храбрость и былую воинскую честь, забыв, очевидно, слова пророка, который говорил евреям: «Из-за вашей зависти вы умрете».

На третьи сутки в полдень с Горгин-ханом случилось чрезвычайное происшествие. Выйдя из своей палатки, он обходил лагерь, проверяя боеготовность войск. Дойдя до палатки Махаматали-хана, назначенного главнокомандующим над пятитысячной конницей, он пробыл там недолго, а когда собрался уходить, Махматали-хан и другие знатные люди хотели проводить его, но он

отказался и в сопровождении трех своих людей направился в свой лагерь. Одним из сопровождающих Горгин-хана был его племянник господин Акоп, вторым был Цатур Аракелян, третьим — его друг и советник француз монсиньор Джентин.

Не успел он добраться до своей палатки, как их окружила группа конников, примерно в 300 человек под командованием некоего Джанмахамета Сабрбека 214 . Они загородили дорогу Горгин-хану и сказали: «Заплати нам жалование, мы умираем с голоду». Горгин-хан ответил: «Разбойники, ведь еще и 20 дней нет, как выдали вам жалование, что вам еще надо?»

— Но у нас нет денег, чтобы купить пищу, ты обязан дать, — сказал всадник.

— Отправляйся к своему командиру и у него проси, — сказал Горгин-хан.

— Я к нему не пойду, — ответил конник, деньги должен дать ты.

Горгин-хан разгневался и приказал сопровождающему Харкару арестовать и посадить в тюрьму негодного. Когда же он хотел продолжать свой путь, на него внезапно наскочил конник и, обнажив меч, ударил Горгин-хана по плечу. Все разбежались, остался только Цатур Аракелян и бросился на помощь Горгин-хану. Но тщетно, так как у него не было при себе оружия. Он своим телом загородил Горгин-хана и принял на себя удар [168] меча — его правая рука была отрублена. Защищаясь, он протянул левую, чтобы отнять меч, но конник отсек и эту руку и ранил его в голову. Когда Цатур понял, что защищаться бесполезно и что сторонники мятежника с мечами наступают на них, он решил спастись бегством и увезти раненого Горгин-хана на коне. Но спастись не удалось. Преследователи накинули аркан на коня Горгин-хана и свалили его на землю. Подъехав, убийца нанес Горгин-хану еще пять ударов и, хотя они были несильными, по раны оказались смертельными. Совершив беззаконное убийство, Иуда удрал. Когда об этом узнали солдаты Горгин-хана, они решили отомстить и, напав на оставшихся 300 солдат-мятежников, разорвали их на куски и уничтожили. Два дня разыскивали убийцу

Горгин-хана, но не нашли — он бесследно исчез.

Горгин-хана перевезли в палатку. Собралось много врачей и лекарей. В течение двух часов его пытались спасти всеми известными способами. Затем он попросил священника, покаялся в своих грехах и через 4 часа, 11 августа 1763 г., скончался. Когда он еще был жив, Касумали-хан, услышав трагическую весть, вышел из своей палатки, сел верхом на слона и поспешил к нему. Увидев раненого, он со слезами на глазах сказал: «Брат мой, почему ты не послушал меня, сколько раз я тебе повелевал не ходить никуда без охраны». Он старался утешить его, а врачам приказал позаботиться о Горгин-хане, обещая за его спасение множество подарков. После смерти тело Горгин-хана с большими почестями и величием повезли и похоронили в деревне Брей 215 , где был разбит лагерь командующего Смура.

Об убийстве Горгин-хана существует много версий. Некоторые говорят, что англичане, увидев поступок Касумали-хана, хотели арестовать его, но не смогли. Они тайно написали об этот Горгин-хану, обещая щедро вознаградить его, если он арестует его и отдаст им в руки. Но Горгин-хан им ответил: «Когда я еще был неизвестен никому, Касумали-хан поверил в меня и возвысил. Этого сделать я не могу. Боже меня упаси быть подлецом. Особенно моей нации несвойственно предательство. Знайте, кому армяне служат, тому служат верно и чистосердечно, тому остаются преданными до самой смерти». [169] Потому и говорят, что этот заговор был осуществлен по совету англичан.

Некоторые говорят другое. Дружба Горгин-хана с англичанами не нравилась Касумали-хану. Он заметил, что английские войска, как бы они ни были малочисленными, все же побеждают его войска. Поэтому и говорят, будто он подозревал, что Горгин-хан может вдруг арестовать его и передать англичанам. Так как все его войска находились под командованием Горгин-хана, он не мог лишить его всех почестей или отнять у него княжеский титул. Потому он и организовал этот заговор. Но вообще эта тайна известна одному только господу богу.

После печальных событий Касумали-хан поехал в Патну. Он взял с собой также двух братьев Джксетов. В день прибытия в Патану он приказал Смуру убить английских воинов, находившихся в тюрьме с братьями Джксетами. Он и раньше несколько раз пытался убить их, но Горгин-хан не разрешил. Побыв в Патане месяц, он оставил там для защиты города маленький гарнизон под командованием Мехтикули-хана, а сам, надеясь на свой народ, а не на бога, вышел из крепости и направился в княжество Алахабат к королю и визирю Шуджадвуле с надеждой найти там помощь.

После смерти Горгин-хана тысячники-армяне не захотели оставаться на службе у Касумали-хана, хотя тот настойчиво уговаривал их остаться. Тысячники, бросив все, разъехались. Тем временем англичане заняли Патану, а воинов взяли в плен и отправили в Калькутту.

Но тысячники Григор и Сукиас остались с Касумали-ханом. Когда они приехали в Буксар, Касумали-хан назначил Григора Айвазяна начальником охраны крепости.

Английские войска, которые при Удхунала победили войска Касумали-хана, оставались там три дня, а затем стали постепенно продвигаться вперед. Не встречая никакого сопротивления, они дошли до деревни Джагир, откуда до Мункера было 8 косов

Узнав, что Касумали-хан со своим войском уже уехал оттуда, англичане подошли к Мункера, окружили крепость и предложили тысячнику Петросу добровольно сдать крепость. Защитники отказались. Три дня подряд англичане обстреливали город из пушек, а на [170] четвертый — началось большое сражение, продолжавшееся 8 дней.

Англичане послали Джафарали-хана послом к тысячнику Петросу, велев ему спросить: «Почему ты воюешь против нас? Почему не хочешь сдать нам крепость? Сопротивляться бесполезно. Неужели ты ничего не слышал и не знаешь о смерти Горгин хана? Если хочешь проверить правдивость наших слов, то мы откроем дорогу, и ты можешь послать одного из своих доверенных, чтобы проверить достоверность этого. Так они три раза посылали своего посла. Тысячник Петрос посоветовался, отправил верного человека в Патану к Касумали-хану. Тот поехал, проверил все случившееся и, вернувшись, рассказал тысячнику Григору. Когда солдаты узнали о гибели Горгин-хана, то у них пропала всякая надежда на помощь. По ночам они покидали крепость, спускаясь через крепостные стены. Англичане не препятствовали этому.

Увидев бессмысленность защиты, тысячник Петрос послал своего сотника Ованнеса к Меджер Адаму для составления договора о перемирии. Англичане хорошо приняли сотника Ованнеса. Меджер Адам составил договор о перемирии, который обязывал защитников оставить в крепости все огнестрельное оружие, забрать имущество, вещи и уйти куда угодно. После 22-дневной защиты на рассвете все войска открыли крепостные ворота и разошлись. В крепости остались только тысячник Петрос со своими шестью сотниками-армянами и слугами.

Англичане вошли и овладели крепостью Мункер. Тысячника Петроса и сотников главнокомандующий английскими войсками принял с большим уважением, сотникам разрешил уехать, а тысячника Петроса согласно закону отправил в Калькутту, а оттуда он мог уехать куда захочет.

Оставив в Мункере один полк, англичане продвинулись к Патане. После трехдневного сражения они заняли этот город, а войска, находившиеся там, обратили в бегство. Сына градоначальника Мендикули-хана оставили на свободе.

Спустя несколько дней, оставив одного тысячника с полком для защиты города, англичане продвинулись [171] вперед по направлению к Баксару и после недолгого сражения овладели городом. Потом они направились вперед и добрались до границы субы Бхара, там, где проходит маленькая речка Карманса 216 . От Баксара до этих мест 15 косов, далее на север находилось княжество Шуджадовлы.

После этих завоеваний англичан было покончено с господством Касумали-хана. Только в двух районах в Ротасгаре еще сохранилась его власть. Но Меджер Адам отправил туда одного своего тысячника, заключил с ним союз, теперь уже не нужны были военные действия. Договор был составлен с начальником местной крепости Юсуфали-ханом 217 . Юсуфали-хана англичане отпустили на волю и назначили там своего управляющего.

Касумали-хан покинул страну и направился к Шуджадовле. В Бенаресе 218 он услышал, что Шуджадовла в районе Брета или Бахта 219 воюет против раджи Индопата 220 — правителя этих провинций. Раджа Индопат после ухода правителя отказался платить подати своей страны, которая находилась под управлением Шуджадовлы, т. е. входила в состав Авота и Элбаза. Мир Касим оставался в Бенаресе, а своего приятеля Мир Шиздина отправил в Бхар к Шуджадовле с просьбой дать согласие на то, что они, как родные братья, объединятся и пойдут войной на англичан. Он обещал, что, если отвоюет свою страну, передаст ему большое богатство.

Мир Шиздин поехал к Шуджадовле и рассказал ему обо всем. Тот поклялся выполнить просьбу. Вместе с Мир Шиздином Шуджадовла отправил к Касумали-хану с грамотой своего поверенного Бини Бхадурдина. Тогда Касумали-хан, оставив свое богатство и гарем в Бенаресе и поручив охрану своим тысячникам Григору и Сукиасу, вместе с главнокомандующим Смуром поехал к Шуджадовле, обнял и торжественно приветствовал его.

Через несколько дней благодаря посредничеству Касумали-хана между раджой Индопатом и Шуджадовлой был заключен мир. Затем они начали собирать войско. Не считая войск Касум Али и правителя, в войсках Шуджадовлы насчитывалось более 12 000 человек. Были там персы, которых еще отец его, Мансурали-хан, привез [172] с собой из Персии во время своего наместничества. В армии было 20000 персов-конников. Собрав 60-тысячную индийскую конницу, 40 тысяч пехоты и вооружившись огнестрельным оружием, они двинулись в суба Бхар, чтобы начать войну против англичан.

Англичане, узнав об этом, срочно послали своею посла к ним с предложением заключить мирный договор, обещая ежегодно платить большую сумму за два суба — Бхар и Банкалу.

Но Шуджадовла, надеясь на свое многочисленное войско, возгордился и не согласился. Особенно противились договору персы (способные только плов есть), объявлявшие с большой наглостью, что каждый из них возьмет в плен по сто англичан. Но все получилось наоборот. Один англичанин вынудил к бегству 500 персов. Во время сражения они содрогались от грохота артиллерии, думая, что это с неба на них спускается огонь, копоть и туман.

В течение 25 дней между англичанами и правителем Шахалем и Касумали-ханом продолжались тяжелые бои. В эти же дни к крепости Патана, с западной стороны, которая называется Пахапари, подошел Шуджадовла со своим войском, чтобы начать сражение. Однажды из крепости вышел один английский сотник со своими солдатами и начал вести сильный огонь по войскам Шуджадовлы. В этом бою Шуджадовла был ранен. Пуля попала в левое бедро. Он закричал от страшной боли и через некоторое время был вынужден снять свои войска и вернуться в Баксар для лечения. Но снова возвратиться он уже не смог из-за дождливой погоды и остался там на 4 месяца.

Касумали-хан увидел, что вопреки его приказу главнокомандующий Смур держит армию без оружия и одежды, приказал распустить ее, коль скоро он не может снабдить ее оружием, обмундированием и необходимым продовольствием. Обиженный этим, Смур пошел к Шуджадовле и попросил, чтобы тот соизволил принять его к себе на службу. Шуджадовла с охотой принял его. Смур вместе со своим войском перешел на службу к Шуджадовле.

Через 4 дня после этого Шуджадовла послал [173] солдат арестовать и заковать в цепи Касумали-хана. Затем он забрал все его имущество, которое находилось с ним, и сказал: «Все твое богатство принадлежит правителю, так отдай кесарю кесарево». И забыв о своей клятве, произнесенной трижды, он отправил с главнокомандующим Смуром все богатство и казну, принадлежащие Касумали-хану. Тысячники-армяне, оказавшись в безвыходном положении, хотели бросить военную службу. Но Шуджадовла, хорошо зная их храбрость, не отпустил их и оставил при себе.

Когда кончились дожди и завершилась подготовка войск Шуджадовлы, английские войска уже продвинулись вперед. Главнокомандующий Меджер Адам с 6000 сипаями и 2 000 белыми солдатами, 24 пушками с полным военным снаряжением вышел из Патаны и приблизился к армии Шуджадовлы. На расстоянии 3 кос от них англичане разбили лагерь. Через 4 дня Шуджадовла приказал своим войскам окружить английскую армию. Началось сражение, продолжавшееся всего два часа. Англичане,не надеясь на победу, изменили тактику и начали наступление на Смура, зная его трусость.

Тогда Смур оставил свои позиции и по привычке обратился в бегство. Солдаты, увидев, что их командир-европеец удирает, тоже пустились бежать, захватив богатство своего хозяина — Шуджадовлы. Англичане начали с боем продвигаться вперед, пока противник не побросал свое оружие и не пустился в бегство. Захватив орудия, англичане повернули их на врагов, скопившихся у многоводного глубокого оврага, который даже слон не мог преодолеть. Над этим оврагом был перекинут тишь один мост, который, не выдержав нагрузки, развалился, и потому многие солдаты погибли, свалившись в овраг. А те, которым удалось выбраться, бросив все, разбежались в разные стороны. Англичане завладели их бесчисленными богатствами.

Шуджадовла, не сумев найти надежное убежище, бежал в Бенарес, чтобы снова подготовиться к сражению. Но англичане, узнав об этом, послали туда полк своих войск. Тогда Шуджадовла перебрался из Бенареса в Элбаз 221 , а оттуда в свой город Авот.

Король Шахалем не бежал с ним, он отстал по [174] пути. Английские войска встретили его, когда возвращались из Бенса и, присоединившись к войскам короля, заняли город Бенарес. Затем они продвинулись в суба Элбаз и, захватив город и его окрестности, направились в Ауде, который находится вблизи Лакнахора 222 . Когда они овладели городом, Шуджадовла оказался в безвыходном положении и был изгнан в Акбарабад к афганцам.

Здесь нужно сказать о том, что еще в древние времена многие из афганцев обосновались в Шахджанабадских и Акбарабадских краях. Численность населения сильно возросла, а знатные, пользуясь отсутствием правителя, насильно овладели большей частью двух суба. Первым из этих захваченных районов был седьмой cap-кар Ханадж 223 , вторым был богатейший край Фрухапат 224 , где находился некий князь по имени Ахмад-хан Бан-кеш 225 , который имел многочисленную армию, состоящую из афганцев, Бдавон 226 , Хансар 227 , Камав 228 и другие провинции были подчинены также афганцу, которого звали Хафаз Рахмат-хан 229 . А саркары Сиринадор 230 , Смбул 231 , Муратабат 232 и шестая провинция были подвластны князьям Дунди-хана 233 , они считали себя хозяевами и отказались платить подати королю.

Когда Шуджадовла поехал к ним просить помощи, обещая щедро заплатить, они отказали ему в помощи, зная его неверность по отношению к Касумали-хану.

И этому удивляться не надо. Они посылали своих людей в чужие страны, чтобы те в случае наступления войны быстро вернулись и обо всем донесли. Так как афганцы хорошо были знакомы с проделками Шуджадовлы, то с презрением отнеслись к его просьбе. Тогда он вынужден был остаться там и одного из своих слуг послать в Декан к маратхам, обещая им 60 лак рупий, если они помогут ему. Его предложение пришлось по душе маратхскому князю. Он послал на помощь Шуджадовле своего тысячника Маркара с 6-тысячной конницей. Шуджадовла и сам собрал многочисленное войско и, соединившись с маратхом, направился в страну Аллахабад со стороны восьмого саркара — Курджанабад, чтобы начать войну против англичан.

Англичане с 4-тысячным войском вышли из [175] крепости и двинулись навстречу Шуджадовле. Маратхи, завидев англичан, без боя бежали в город Фарохабат. После многих скитаний, ни от кого не получая помощи и оставшись беспомощным, Шуджадовла отправил своего посла к англичанам с просьбой о мире. Он обещал им, что если они вернут ему его страну, он будет верным, преданным слугой короля Англии.

Англичане с радостью приняли послов и договорились о перемирии, потребовав 60 лак рупий контрибуции. Шуджадовлу привели к присяге и вернули ему его города. А три саркара — Элбаз, Курджанабат 234 и Кайрачра 235 отдали королю Индии Шахаламу. Только крепость Элбаз никому не отдали и, разместив там свои войска, оставили ее под своим управлением.

Жалкий Касумали-хан убежал в Санбул Муратабат 236 к князю Дунди-хану и остался там. Смур со своим войском тоже бежал в направлении Акабарабата в провинцию Бертпур 237 к джатам 238 , раджа которых Джаад Сикх 239 был очень богатым и имел многочисленные войска. Он и принял Смура к себе на службу. Англичане официально получили от индийского правителя Байкалу и Бхар, и никто из индусов больше не имел власти над этими странами 240 . Англичане обязались ежегодно платить королю Шахаламу 30 лак рупий.

После этих событий правитель Индии поселился в Элбазе и никуда не выезжал: во-первых, потому, что этого ему англичане не разрешали, а во-вторых, все его князья восстали против него и отказались платить подати, они по существу не признавали его власть над собой.

В это время страной Лахор 241 овладели язычники 242 , которых называли сикхами 243 . В 1764 году один из их князей — Джсало 244 собрал многочисленное войско и занял страну Лахор и Амчара 245 и часть Мультана.

До 1543 года этот народ не был известен. Во время правления Шаха Джахана 246 некий проповедник-язычник по имени Нане Пнте 247 , по происхождению катри 248 , обратил в свою веру, называемой сикх 249 . Сикхи не поклонялись идолам, пренебрегали чужой едой. У них существовал культ волос, соблюдая который, они совершенно не брились. Сикхи поклоняются одному богу, которого называют Ниранк или Нирендж Ниранк. В их завете [176] говорится: «Боже, невещественный, он создал небо и землю, он безначальный и нескончаемый».

В 1709 г. во время царствования короля Бахдур-шаха 250 один из последователей язычника Нанека по имени Бенда 251 из страны Лахора собрал из сикхов армию более 20 000 тысяч человек, восстал против короля Индии и начал собирать войско из других народов. Войска короля безуспешно боролись с ними, и вот, наконец, спустя три года на помощь королю пришел мусульманин бедий и убил зачинщика восстания 252 . Тогда войска короля овладели страной сикхов, решив, что навсегда покончили с сикхами. Но после ухода войск короля, сикхский князь по имени Джксул 253 занял страну (как рассказывалось выше).

Правитель Кабула Ахмад шах Дурани трижды приходил на помощь своему единоверцу Шахаламу, чтобы наказать восставших, но сделать ничего не удалось, т. к. он не знал, что король Индии поддался слабости и трусости, а все его князья восстали против него. И князь ни с чем вернулся восвояси.

Сикхские войска не воюют единым фронтом. Они рассредоточиваются по 20 тысяч человек и внезапно нападают на врагов и грабят их. Они не пользуются чужой едой. Войска их состоят из конницы, они вооружены длинноствольными ружьями, копьями и другими видами оружия нового типа. У них очень острые ножи, которые они метают на врагов. Сикхи не ходят в панцирях, пешком они могут пройти 40-часовой путь.

Нанак родился в деревне Трмнди 254 на восьмом году царствования короля Джахангира и умер в деревне Каталпур 255 . Отца его звали Калу 256 . Его учениками были Анкат 257 , Амрдас 258 , Рамдас 259 , Арджанфич 260 , Харго-бинд 261 , Харкиш 262 , Тегбахдур 263 , Говиндсинк 264 , Балекрам или же Банда. Это он воевал против короля Бахдур-шаха, которого Амбдемасе-хан 265 и Амадами-хан 266 захватили в крепости Родоскар 267 .

А Шуджадовла после перемирия с англичанами снова стал господствовать в своей стране и очень полюбил армянский народ. Господина Айвазяна он назначил главнокомандующим своих войск. С божьей помощью тот снова совершил множество храбрых дел, выгнав [177] всех врагов из страны. Он собрал в Ауде человек 60 армян, которые храбростью своей прославились по всей Индии. Пусть бог хранит их имена и славу. Когда враги в стране Декан слышали имя армян, они содрогались от страха. Велика милость Христа везде и всюду. История моя кончилась.

====ОБ УСЫНОВЛЕНИИ ПРАВИТЕЛЕМ АКБАРОМ СЫНА ГОСПОДИНА АКОПДЖАНА ДЖУГАЕЦИ, КОТОРОГО ЗВАЛИ ГУЛГРНЕЛ====

Шах Акбар 268 , великий самодержец Индии, сын Насреддина Хумаюна 269 , вступил на престол в 1554 году 270 . Во время его царствования из Н.Джуги 271 приехал в Индию некий господин Акоп 272 со своей женой и, обосновавшись в Кашмире, стал заниматься торговлей. Там у них родился сын. Но к несчастью на месте не нашлось священника, чтобы окрестить его, и сына пришлось им самим назвать именем Зулгрнел 273 .

Как-то, переодевшись, могучий властный самодержавец объезжал свои владения и в Кашмире встретил юного сына армянина, красота которого ему очень понравилась.

Некоторым из своих вельмож он приказал остаться там и разузнать, чей это ребенок и вместе с родителями привести к нему. Вельможи, разузнав кто родители ребенка, привели их к самодержцу. Акбар, узнав, что родители ребенка армяне, обрадовался, приласкал ребенка и, обратившись к его отцу, сказал: «Господин Музаффир (т. е. гость) и почтенный купец, у меня нет сына, отдашь ли ты своего ребенка, чтобы я его усыновил» Поклонившись, господин Акоп ответил: «Владыка, мой король, живи вовеки и не старей. Я и мое семейство являемся твоими слугами, но добровольно я не отдам своего сына, так как я по национальности армянин, а ты магометанин. Если отдам ребенка тебе и ты сделаешь его магометанином, я опозорюсь перед моим народом. Он осудит меня, скажет, что я за деньги или испугавшись силы отдал сына королю» 274 .

Королю очень понравился этот благородный и [178] бесстрашный ответ. Он поклялся, что ни ребенка и ни его родителей он не заставит изменить своей вере. «Оставайся верным своей нации, я рад душой, но так как у меня нет детей, ребенка твоего я усыновлю».

И он приказал одеть мальчика, как полагается члену королевской семьи, и отвести во дворец.

Возвращаясь в Акпарабат, король взял с собой своего приемного сына и его родителей. В Акпарабате он поселил их вблизи сылхане — арсенала. Затем он приказал построить для армян церковь 275 , пригласить армянского священника, чтобы армяне поклонялись вере своих предков.

Услышав об этом, из Джуги приехали в Акпарабат архимандрит, священник и многие семьи армян, которых Акбар принял с большими почестями, наделил их 5000 276 бигхами земли для строительства домов, разведения садов и виноградников. А приемный сын Акбара все время жил во дворце, рос, развивался и стал любимцем короля и королевы. Они всегда держали его при себе, очень баловали и берегли.

И за то, что король проявил милосердие к армянскому ребенку, сохранил в непорочности его веру и за любовь к нему и к его нации, бог воздал королю.

Когда Зулгрнел стал совершеннолетним, король Акбар подарил ему в Банкалии целое поместье, т. е. джагир с городом Хугли, а также поместье в провинции (парагоне) Самбахар 277 в Акбарабаде, где добывали чистую высококачественную соль. Подарил он ему и область Лахор в Пенджабе. Зулгрнел построил великолепный дворец и разбил рядом парк. Вокруг парка построил ларьки, беседки и в них разместил ювелиров, т. е. «джувахарачи» и т. д. Говорят, что он очень любил покупать и продавать драгоценные камни. Характером он был очень смирный и покорный. Король Акбар так любил приемного сына, без его совета не принимал никого — будь то вельможа или нищий. Говорят, что Зулгрнел всем свободно разрешал проходить к себе выполнял просьбы всех, кто к нему обращался, он был лишен высокомерия. Говорят, что он имел «Мансуб хефт хазар», т. е. семитысячное войско, охранявшее его.

В 1553 году 278 17-го числа месяца рамблала [179] королева, наконец, родила сына, которого назвали Мир Салим Саладин 279 , т. е. царевич. Могущественный самодержец был поражен божьей милостью. Утверждают, что он часто говорил: «это благодаря армянской нации и любимого сына моего Зургнела бог смилостивился и подарил мне второго сына». Двое детей росли вместе и очень любили друг друга 280 .

В 1605 году король Акбар скончался. Его сменил сын Мир Салим Саладин, которого назвали Нур-уд-дин Джахангир. Весь народ пришел поздравить нового короля с восшествием на престол. Только Зулгрнел побоялся его, сохраняя осторожность, не вышел из дому и не пошел поздравить нового короля. Король несколько раз посылал за ним и приглашал его, но томимый ложным страхом, Гургнел уехал в свое имение в Хугли. Это очень расстроило короля, он приказал быть настороже с армянами. Но узнав, что Зулгрнел болен и боится его, король поклялся: «Не бойся, ведь мы с тобой братья. Разве тебе не ведома моя любовь к тебе с детства. Приезжай ко мне, обещаю выполнить любую твою просьбу. Я не посмею осквернить память моих родителей и сделать тебе зло. Если не приедешь добровольно, привезу силой» 281 .

Армяне также написали ему письмо, попросив, чтобы он приехал. Наконец Зулгрнел приехал и представился королю и король полюбил его еще больше. Как-то раз он спросил Зулгрнела: «Почему ты находишься вдалеке? Неужели я могу отнять у тебя подаренное моим отцом имение или не выполню твои желания? Попроси ты даже пол моего царства я отдам его тебе». Опустившись на колени, наш царевич-отшельник сказал: «Государь, я знаю о твоей любви и милости ко мне, но умоляю тебя, разреши мне, подобно нищему, сидеть у себя дома и молиться за тебя». Король ответил ему: «Если это твое желание и твоя воля, я рад. Поступай как хочешь. Но иногда приходи проведать меня...»

Отказавшись от всех своих замечательных дел, Зулгрнел занялся пением 282 , которое на индийском языке называется «Par». Он так преуспел в этом, что не уступал старым певцам. Его имя было записано и прославлено в индийской книге «Рагамала» 283 . И он предался суевериям, [180] внушив это и своим детям, некоторые из которых и до сих пор живы и проживают в его имении.

Действительно, все получилось по воле бога. Над человеческой слабостью можно смеяться. Красотой лица многие обманывались, подобно королю Акбару, они понадеялись на предсказания, но в конце концов пожалели об этом.

Ведь добросердечному королю бог сына не подарил, подумайте только, во что могла превратиться Индия в руках этого человека с его семью тысячами воинов, Какие благодеяния, какие замечательные дела мог сделать наш певец-царевич.

Отец короля Акбара Хумаюн, придя из Ирана, овладел своей страной, и его сын также имел мирный договор с Ираном. Это было известно Зугрнейн, и если бы он пожелал совершить добрые дела, то смог бы это сделать. Но он ничего не сделал. Мне не понятна эта обидная беспечность по отношению к своему народу.

(пер. Р. А. Абрамяна)
Текст воспроизведен по изданию: Армянские источники XVIII в. об Индии. Ереван. АН АрмССР. 1968

© текст - Абрамян Р. А. 1968
© сетевая версия - Тhietmar. 2004
© OCR - Андрей. 2004; Петров С. 2004
© дизайн - Войтехович А. 2001
© АН АрмССР. 1968
=Комментарии=

156. Авот (Ауд) — область в северной Индии. В XVIIIв. фактически добилась самостоятельности при наместнике Саадат-хане.

157. Шуджадовла (Шуджа-уд-доул) — наваб Ауда, сын Сафдар Джанга. После смерти отца в 1754 г. наследовал субадарство Ауд и Аллахабад, был визирем Шаха Алама II.

158. Ахмад-кули-хан — офицер аудской армии.

159. Алигухар (Али-Гоухар) — сын Великого Могола Мухаммеда Аламгира, впоследствии (1760 — 1806) правил под именем Шаха Алама II.

160. Патана (Патана, Паталипутри) — один из древних городов на северо-востоке Индии.

161. Бирбун (Бирбхум) — провинция в Бенгалии, известна своими непроходимыми лесами.

162. Таджпур (Газипур) — провинция на севере Бенгалии.

163. Аламнгар (Алмгар) — деревня в провинции Газипур в Бенгалии.

164. Мункер (Монгхир) — город — одна из старых столиц Бенгалии, который долгие годы был заброшен. Снова был восстановлен Мир Касимом. При нем Монгхир был столицей.

165. Сикалол (Чикалол) — провинция в Бенгалии.

166. Григор Арутюнян (Горгин-хан) — армянин, приехавший в Индию из Н Джуги. Имел военную подготовку, однако занимался торговлей. В 1760 г. Мир Касимом был назначен главнокомандующим бенгальской армией. Убит английскими наемными агентами. О нем подробно см. Р. Абрамян, Восстание индийского народа против колонизаторов в 1760 — 1763 гг. и армянская община, «Историко-филологический журнал», 1960, № 3, стр. 11 — 123.

167. Барсег-ага, — армянин, знаменитый купец в Бенгалии, впоследствии был арестован англичанами.

168. Касумали-хан, (Мир Мухаммед Касим-хан Бахадур) — наваб Бенгалии в 1760 — 1764 гг.

169. Бардуан (Бардван) — богатейший район Бенгалии. По договору 1760 г. с Мир Касимом был отдан англичанам.

170. Чатигам — один из наибольших округов Бенгалии.

171. Венцетер (Ванситтарт) — генерал-губернатор Бенгалии (1760 — 1764).

172. Автор имеет в виду Бенгалию и Бихар.

173. «Мансаб» — персидское слово. Дословно означает «чин».

174. Речь идет о знаменитой Панипатской битве.

175. Баву (Бхоу) — один из военачальников маратхских войск, двоюродный брат пешвы, возглавлял военную экспедицию против афганцев. В январе 1761г. Бхоу пал в Панипатской битве.

176. Это был четвертый поход Ахмад-шаха в 1759 — 1761гг.

177. Ахмад-шах — (Ахмад-шах Абдали) — основатель афганского государства Дуррани, совершил несколько вторжений в Индию.

178. Кандахар — область на юге Афганистана. Находясь на перекрестке караванных путей, являлась предметом длительной войны между Индией и Ираном. В 1648 г. область Кандахар была захвачена Ираном. С 1742 г. — столица Афганского государства.

179. Крнал — город, расположенный недалеко от Патаны, потому Ходжамалян и называет Панипатскую битву сражением при Крнале.

180. Сатарагар (Стара) — город на юго-западе Индии, резиденция раджи маратхов.

181. Точные данные о численности маратхских войск сообщает участник событий в Кази раджа Пандит: по его данным, число нерегулярных войск и контингент маратхских князей превысил 240 000. См, Н. Семенова, Афгано-маратхская борьба за Индию и Панипатская битва 1761г., «Очерки по новой истории стран Среднего Востока», М., 1951, стр. 87.

182. Маратхи (или Марата) — один из многочисленных народов, населяющих Индию. Они в основном живут в штатах Матхи, Прадеш, Бомбей, в районах Махараштра, Махтия Бхарата, Хайдарабада, в областях Махаратхавабада и т. д.

183. Автор ошибается. Речь идет о Шиваджи (1627 — 1680) — выдающемся вожде и организаторе Маратхского государства, руководителе освободительной борьбы маратхов против Великого Могола и биджапурского султана.

184. Хандеш (Хандес) — область Махараштри.

185. Бурхампур (Берампур) — город Хандеше, где помещалась резиденция раджи маратхов.

186. Биджапур — город на юге Бомбейского штата в Индии. С XV в. стал столицей Биджапурского султана. В 1669 г. маратхи отделились от Биджапура, но в 1766 г. Биджапур был завоеван Ауренгзебом и присоединен к составу государства Великого Могола.

187. Фтахпур (Фатехпур) — город в центральной Индии.

188. Моте — область в Махараштре.

189. Пуна (Пона) — область в Махараштре, резиденция маратхских пешв (правителей, князей).

190. Нагпур — город в центральной части Индии; в XVIII в. — столица маратхского княжества.

191. Акпарабат (Агра) — город в Индии на главном притоке Ганга — реке Джамне. В эпоху Акбара здесь существовала богатая армянская колония.

192. Джалалуд дин Джхалр (Джаханур Джалал-уд-дин-Дхон) — шах. Он был малолетним и назначение его шахом носило формальный характер. Законным правителем был Шах Алам II (1759 — 1806).

193. Фарухабат (Фаррухабад) — город на севере Индии, на правом берегу Ганга в штате Уттар Прадеш.

194. Смру (Сумру Вальтер Рейнхард) — авантюрист, эльзасского происхождения, долгое время служил то одному, то другому правителю разных районов Индии.

195. Новая Джуга — большой район города Исфагана. Был основан армянами Джуги, насильственно переселенными туда в 1605 — 1606 гг. Шахом Аббасом. Н. Джуга в свою очередь разделялась на ряд кварталов. В конце XVII — начале XVIII в. Н. Джуга достигла наивысшего расцвета. Караваны торговцев новоджугинских армян пересекали все дороги Европы и Азии. Они особенно часто бывали в соседней Индии. После упадка Н. Джуги большинство армян переехало в Индию.

196. Чарсу — один из кварталов Новой Джуги.

197. Баксар (Буксар) — маленький город в восточной Бенгалии.

198. Ротос (Рохтас) — область и маленький городок на севере восточной Бенгалии.

199. Дубрасинк (Дубрадж Сингх) — правитель Рохтаса.

200. Как об этом, так и о других походах бенгальских войск, о которых говорит Ходжамалян, мы узнаем впервые. В других источниках об этом ничего не говорится.

201. Муратапат (Мурадабад) — город в Индии, в штате Уттар-Прадеш, расположен на реке Рамагане.

202. Чота Нагпур (Чхота Нагпур) — один из горных районов Индии в северо-восточной части Декана.

203. Эминет (Амиатт) — член Калькуттского совета, участник переговоров между Мир Касимом и компанией.

204. Эпч (Эллис) — начальник английской фактории недалеко от Патны.

205. Индийские ученые Н.К. Синха и А.Ч. Банерджи, по-видимому, не имея под рукой достаточно достоверных исторических фактов, ошибочно считают, что английские войска насчитывали 1400 солдат. См. Синха и Банерджи. История Индии, стр. 309.

206. Мендикули-хан (Менхи) — правитель Патны.

206а. Шамшсфар-хан (Шамшир-хан) — высокое воинское звание в бенгальской армии.

207. Хаджипур (Газипур) — область в Бенгалии.

208. Чодр (Чондар) — правитель Хаджипура.

209. Аштархан — Астрахан.

210. Меджер Адаме (майор Адамс) — Главнокомандующий английской колониальной армией, руководящий военными операциями против Мир Касима.

211. Катуа (Катхуа) — область в Бенгалии.

212. Бирбун (Бирбхум) — город и область в Бенгалии, известная своими непроходимыми лесами.

213. Удхунала (Удханале) — большой овраг на одном из притоков в Бенгалии.

214. Джанмахамет Сабрбек (Джан Мухаммед Сабр-бек) — младший командир армии Мир Касима.

215. Брей — деревня недалеко от Патны.

216. Карманса (Карменсу) — небольшая река в Бихаре.

217. Юсуфали-хан (Юсуф Али-хан) — правитель Ротхоса.

218. Бенарес — город на севере Индии, с древнейших времен место паломничества для индусов.

219. Брети или Бахта — район на север от Ауда.

220. Индопат — правитель Брета (Бахта).

221. Элбаз (Аллахабат) — один из древних городов сев. Индии. Центр одноименного княжества.

222. Лакнахор (Лахор) — область и города на севере Индии.

223. Ханадж (Санадж) — район южнее Дели.

224. Фрухапат (Фаррухабад) — небольшой пустынный район около Каликота.

225. Ахмад-хан Банкеш — правитель Фаррухабада.

226. Бдавон (Бадаон) — область на севере Могольской империи в Рахилкходе.

227. Хансар — небольшой округ на равнине Рохилкходе.

228. Камав (Камовон) — округ в Рохилкходе.

229. Хафаз Рахмат-хан (Хафиз Рахмат) — раджа одного из сильных княжеств в Рохнлкходе.

230. Сиринадор — область на севере Индии.

231. Смбул (Самхал) — область и город в Рохилкходе.

232. Муратабат (Мурадабад) — область и город в Рохилкходе.

233. Дунди-хан — один из самостоятельных князей в Рохилхонде.

234. Курджанабат (Кора) — область на севере Индии.

235. Кайрачра (Карачахра) — провинция на севере Индии.

236. Снбул Муратабат (Санбал Моратапад) — область на севере Индии.

237. Бертпур (Бхаратпур) — небольшое княжество рядом с Агрой с одноименным городом крепостью.

238. Джаты — главная земледельческая каста северо-западной Индии (Кашимира, Пенджаба, Раджовстана и на западе Уттар-Прадеша).

239. Джаад Сикх (Джухар Сингх) — джатский правитель XVIII в.

240. После битвы при Буксаре (1764) и разгроме шаха Алема, англичане часть захваченных районов вернули Великому Моголу, а затем заставили своего пленника Шаха Алема II (он при Буксере. попал в плен) подписать фирман, дающий компании в Бенгалии (и Бихаре. — Р. А.) права «дивана» (т. е. финансовое управление). Гражданские дела, которые решали местные власти, фактически перешли, в руки колонизаторов.

241. Лахор — город на севере Индии.

242. Кроме христиан и мусульман, последователей других вер автор обычно называет язычниками.

243. Сикх — буквально ученик. Сикхами называли тех жителей северной Индии, которые были последователями сикхизма.

244. Джсалол (Джаса-Сингха) — вождь сикхой в XVIII в.

245. Амчара (Амритсар, Амрита Сара по-санскритски озеро бессмертия) — город в северной Индии, самый крупный центральный город Пенджаба, исторический, культурный и религиозный центр сикхов. Здесь же находится святыня сикхов «Золотой храм».

246. Шах Джахан правил гораздо позже — в 1627 — 1658 г., Нанаке правил при Бабуре (1526 — 1530) и Хумаюне (1530 — 1539).

247. Нане Пнте (Нанак Банда) — основатель религии сикхов и их духовный наставник — гуру (1469 — 1538).

248. Катри (Кхатра) — одна из каст в северной Индии.

249. Сикхизм возник в конце XVI в. в северо-западной Индии как иерей индуизма и был непосредственным продолжением и развитием религиозно-реформаторского движения бхакти, отражающего в завуалированной форме социальный протест городских слоев против гнета феодалов в средневековой Индии. См. «Новая история Индии», М., 1961, стр. 65.

250. Бахдур-шах (Бахадур-шах) — здесь речь идет о Бахадур-шахе I (1707 — 1712).

251. Бенда (Банда) — вождь сикхов (1708 — 1715), одаренный полководец и организатор.

252. Ходжамалян ошибается: наемным убийцей был убит не Банда, а Хар Говинд.

253. Джксул (Джасса Колал Синг) — один из военных вождей в середине XVIII в.

254. Трмнди (Талванди) — деревня, где родился Нанак.

255. Каталпур — не удалось выяснить конкретное местонахождение.

256. Калу (Калуе) — был кхатри и принадлежал к подкасте беди.

257. Анкат (Ангад или Даха) — второй гуру сикхов (1538 — 1552). По преданию Ангад является изобретателем алфавита-гурумкхи, в результате чего непонятный санкскрит был заменен живым разговорным пенджаби.

258. Амрдас (Амар Дас) — гуру сикхов (1552 — 1574).

259. Рамдас (Рам Дас) — гуру сикхов (1574 — 1584).

260. Арджанфич (Арджун) — гуру сикхов (1584 — 1606) — при нем была провозглашена божественность гуру, усилившая их власть над членами секты.

261. Харгобинд (Хар Говинд) — гуру сикхов (1606 — 1645). Принял титул истинного государя (сача падишах) и носил два меча, что символизировало духовную и светскую власть.

262. Харкиш (Хар Кришан) — гуру сикхов после Хар Рая (1661 — 1664).

263. Текбахдур (Тег Бахадур) (1665 — 1675) — гуру сикхов.

264. Говиндсинк (Гвинд Сингх) — гуру сикхов (1675 — 1708), он реорганизовал секту и внес ряд изменений в учения сикхизма.

265. Абдемасе-хан (Абд-ус-Самад-хан) — субадар Пенджаба (1713 — 1726) руководил операцией войск Великого Могола против хасу по поручению Фаррук Саяра (1713 — 1719) в период 1713 -1715 гг.

266. Амдами хан (Ахмад Али-хан) — военный офицер армии Фарх Саяра.

267. На самом деле Говинд Сингх был арестован не в Родоскаре, а в Гурдаспуре — небольшом городке-крепости на северо-востоке от Амритсара.

268. Акбар (Джелал-уд-дин Мухаммед) — один из великих правителей Могольской династии в Индии (1542 — 1605).

269. Хумаюн — второй правитель Могольской династии в Индии (1530 — 1539, 1555 — 1556).

270. Автор ошибается в дате: Хумаюн вступил на престол в 1556 г.

271. Джуга — армянский поселок на берегу Аракса, крупный торговый центр. Караваны армянских купцов Джуги объездили весь мир. Они имели свои торговые дома в крупных городах Азии, Европы и Африки. В 1605 г. по приказу Шаха Аббаса из Джуги 12000 семей были насильственно перевезены в Исфаган в столицу Ирана. Там они построили город, носящий имя Новая Джуга, в честь покинутой родины.

272. Акоп (Искендер) — купец, армянин из Джуги или из Алеппо. Был на службе у Акбара в Замбахаре, управлял правительственными соляными промыслами. Скончался в 1613 г.

273. Зулгрнел (Зу-л-Карнайн, дословно — двурогий) — сын купца армянина Акопа (Искандера). Воспитание получил во дворце Великого Могола. Сохранившиеся документы сообщают о нем как об управляющем государственными соляными промыслами в Замбахаре и знаменитом сочинителе индусских песен. Скончался в 1664 г., по-видимому, в Дели.

274. По подтверждению некоторых ученых, Зу-л-Карнайн и брат были еще маленькими, когда умерла их мать — дочь главного судьи Акабара Абдул Хайа (Абдула армянина). По поручению правителя Великого Могола их передали на воспитание одной из его бездетных жен, которая по национальности была армянкой. По-видимому, это и послужило основой для версии об «усыновлении» Акбара, о котором говорит автор.

275. В Агре армянская церковь построена в 1562 г. Это — одно из древнейших христианских сооружений в Индии.

276. По всей вероятности, автор чересчур преувеличивает эту цифру.

277. Замбахар (Замбахар) — район в Пенджабе. Здесь же озеро Самбахар, которое дает значительную часть индийской соли. Из мемуаров Джахангира следует, что, действительно, Зу-л-Карнайн был назначен управляющим Замбахара. Из двух источников выясняется, что Зу-л-Карнайн в Замбахаре заменил отца с 1613 г., когда ему было 18 лет. Джагирдарство Зу-л-Карнайна также подтверждается источниками.

278. Ходжамалян сообщает неправильную дату: Джахангир родился в 1568 г.

279. Мир Салим Саладин (Джахангир) — сын Акбара, император Великого Могола (1605 — 1627).

280. Современник Зу-л-Карнайна иезуитский священник Тавернье в своем «Путешествии Тавернье по Индии» об этом пишет: «Дозволено будет упомянуть о том, что Мирза Зула Гарнайн был воспитан при дворе Акбара вместе с будущим шахом Джаханом. Они были товарищами по играм».

281. Поводом к разногласиям между императором и Зу-л-Кар-найном послужил не отказ Зу-л-Карнайна поздравить Джахангира с его коронацией, а попытка императора заставить Зу-л-Карнайна принять магометанство.

282. Об этом Сетян пишет: «В 1634 г. мирза Зу-л-Карнайн отказался от управления (Замбохорскими соляными промыслами. — Р. А.) и удалился в Дели. Ему была назначена пенсия 100 рупий в день. Зу-л-Карнайн — замечательный сочинитель песен. О нем упоминают многие современники, самые достоверные сведения принадлежат самому правителю Великого Могола Джахангиру. «Зу-л-Карнайн... сын того армянина, которому повезло быть на службе у Акбара, является превосходным сочинителем индусских песен».

283. Рагамала (Ротнамала) — дословно песенник. Проф. Ш. Натали в журн. «Пюнин» опубликовал несколько четырехстиший Зу-л-Карнайна, взятых из сборника.